Политические отбросы, или От чего тошнит российских либералов

Если просто уметь думать и анализировать – отличить настоящий патриотизм от наносной дури, найти истину не так уж сложно.

Навскидку, без аналитических изысканий: фельдмаршал Михаил Кутузов, генерал Николай Раевский, маршал Георгий Жуков, академик Дмитрий Лихачёв, братья Турбины из романа Михаила Булгакова “Белая гвардия”, рядовой Александр Матросов, певцы Фёдор Шаляпин и Иосиф Кобзон, князья Дмитрий Донской и Александр Невский, писатель всех времён и народов Лев Толстой, неизвестные и известные солдаты всех войн, инок и воин Александр Пересвет – миллионы и миллионы этих имён, известных и канувших в историю, тех, кто был и есть патриот России.

А напротив – взъерошенные человечки, радостно возвещающие, что их “тошнит” от слова “патриотизм”, от марша «Бессмертного полка» в День Победы… Почему же их тошнит от слова, образованного от греческого patriotes, что означает “земляк”? Всего лишь. Но именно это доброе слово “земляк” служило предметом споров во всех слоях русского общества на протяжении многих лет. Особенно яростных во времена революций, войн, политических катаклизмов и противостояний. Как только ни вертели, ни коверкали, ни возвышали или топтали эти слова – “патриот” и “патриотизм”: либералы, демократы, поклонники “железной руки”…

Определить, что означает понятие “патриот” для каждого россиянина, конечно, невозможно. Истоком для общего понимания я же возьму слова героини Ольги из кинофильма “Зимняя вишня” – “семья, как и Родина, должна быть”. А Родина – это та глыба понятий, где органично и в тон всегда звучит слово “патриотизм”. Ведь права красивая и грустная героиня фильма – должны они быть, семья и Родина. И надо их любить, какие бы они ни были – счастливые или несчастные, богатые или бедные, как любим мы своих детей, независимо от их характеров, склонностей, капризов и ошибок.

Ни в коем случае я не зову к всепрощению и отказу от борьбы за идеалы, доброту, честность, правду. Слепая любовь, как и огульная злоба, сродни предательству, но любить и понимать, прощать и бороться – это уже удел умного, мужественного и сильного человека. И я убеждён, что работать и жить, создавать ценности, как материальные, так и духовные, думая о том, что это нужно не только тебе и твоим близким, но и Родине, – значит быть патриотом. И для этого вовсе не обязательно восхищаться всем, что связано со словом Россия, не замечать доброго и хорошего за границами страны, не уважать чужие мнения, успехи, победы. Мир, во всём его многообразии, как книга знаний для истинных патриотов, тех, кто служил и служит России. Пример – наш великий государь Петр I, который был настоящим патриотом России. Влюбившись в западный мир, переняв от него буквально всё – от кафтанов и штанов до оружия и кораблестроения, он всё, что узнал, впитал, внедрил в жизнь России, сделав её значительным государством в мировой истории.

Что же нынешняя Европа, где размыты границы, где дух всеобщей любви ко всем и вся, смешение полов, умиление перед бородатыми “девушками” и полногрудыми “мужчинами”, стала тем болотом, что, похоже, растворило в себе понятие “патриотизм”. Но не стал этот мир раем для идейных космополитов, он стал раем для хлынувших африканских и азиатских орд, пристанищем экстремистов. Статисты и социологи подсчитали, что на 1000 беженцев приходится более 400 молодых бездельников, презирающих и не понимающих чужой мир, не чтящих и опять же не понимающих ценности и души других народов, рвущихся к халявным пособиям, готовым на преступление и к полному захвату территорий. Типичная философия варваров. Такова цена за “всеобщую” любовь, толерантность, потерю нравственности, идеалов патриотизма, верности. Европа гибнет уже осязаемо, зримо, хотя отдыхать там пока ещё комфортно и весело. Всегда, во все времена, гибли те государства, где смеялись над патриотами, презирали их, где мужество, сила, любовь к Родине, решимость её защищать размывались развратом, пресыщением, любовными истомами во все стороны. Царство Митридата, Византия, Древний Рим – казалось бы, это слишком далеко, но уже рядом Франция с “голубыми” правителями, Дания, Бельгия, даже консервативная Англия.

Вернёмся “к нашим баранам”. То, что суетливые либералы “стошнили” от слова “патриотизм”, – явление чисто физиологическое. Ну, наверное, съели что-то не то. Как стошнили они в знак протеста против возвращения Крыма в состав Российской Федерации. Ну, не приняло их нутро, что 90% населения полуострова хотят быть жителями и патриотами России, а не Украины. В чём недавно убедилась даже представительная делегация парламентариев Европейского Союза. Не хотят наши доморощенные либералы вспомнить всю историю Крыма, где кровью патриотов-россиян пропитан он весь, от морского побережья до Перекопа. Может, от крови их и затошнило?

Патриотизм – явление нередко парадоксальное. Находясь по разным причинам в эмиграции, ненавидя существующие в родной стране режимы (царский, коммунистический), тысячи и тысячи оппозиционеров, изгнанников, искателей лучшей доли продолжали считать себя патриотами и искренне любили Россию. Этот патриотизм выражался по-разному. В годы Второй Мировой войны за отказ сотрудничать с фашистами некоторые эмигранты–россияне поплатились свободой, жизнями. Великий бас Фёдор Шаляпин вышвырнул из своей квартиры визитёров-нацистов. Отказались воевать на стороне фашистов практически все царские генералы и адмиралы, сотни тысяч офицеров и казаков. А ведь они понимали – в Россию они всё равно не вернутся. А вот генерал-предатель Андрей Власов, тоже называвший себя патриотом России, сознательно стал под знамя гитлеровской Германии на линию фронта именно с Россией, основой Советского Союза. Потом его повесили, и при этом никого из патриотов СССР не потянуло на тошноту. Каждому своё.

То, что патриотизм – понятие высоконравственное, психологически возвышенное, поднимающее сознание человека над обыденностью, серостью, особенно ощущается на службе в армии, при возникновении острых противостояний, где ты понимаешь, что защищаешь Родину – свою громадную семью. Ну, трудно объяснить им, хихикающим тошнотикам, как захватывает дух, когда мимо тебя, в парадном строю, проносят яростное воинское Знамя твоего полка или корабля, когда ты видишь слаженный строй своих, готовых к битве товарищей, эскадру кораблей, звенья безумных в своей скорости и точности самолётов. Всё это – мир патриотов. Настоящих. Это и романтика патриотизма, такая же, как восхищение историей страны, подвигами и мужеством россиян, штурмами космоса, горных вершин, полюсов, ледяных полей, спортивными победами…

Снова “навскидку”: сподвижник Петра Великого Франц Лефорт, первооткрыватель и путешественник Витус Беринг, врач и филантроп, мыслитель Фёдор Гааз, полководцы Барклай де Толли, Константин Рокоссовский и ещё сотни, тысячи иностранцев, положивших свои жизни и деяния на алтарь России. Они – патриоты русской страны. Как и представители самых различных национальностей, родившихся и живущих в нашей стране, которые жили и созидали во имя России. Они тоже – истинные патриоты.

Словами “патриот”, “патриотизм” легко манипулировать, их легко трансформировать. Напиши или скажи – “лжепатриот” или “квасной патриотизм” – и тут же всё перевернётся с ног на голову. Были времена, особенно в годы смут, революций, когда “патриот” становилось чуть ли не бранным словом. А расцветало оно, это слово, когда наступали годины лишений, войн, испытаний, когда проверялась жизнестойкость народа, государства, когда нравственное становилось выше материального.

И всё-таки, повторюсь, если просто уметь думать и анализировать, отличить настоящий патриотизм от наносной дури, найти истину не так уж сложно. Политолог, искренний патриот Украины Василь Волгá пишет об отношениях Украины с Россией: “И каждый раз мне становится грустно и немного стыдно. Будто я навязываюсь человеку, с которым у меня были дружеские отношения, потом мы с ним поссорились, потом я понял, что мне очень дорога его дружба, и я делаю попытку восстановить отношения, но тот второй человек (подразумевается Россия – автор) уже переболел разрывом и ему безразлично. Он не испытывает ко мне даже и плохих чувств. Он ко мне вообще ничего не испытывает. И до меня вдруг доходит, что я потерял этого человека навсегда”.

Какая глубокая и тяжкая боль настоящего патриота за любимую Украину, потерявшую друга, погружённую в хаос и беспамятство. И как разительно отличается Василь Волгá от кошмарных лжепатриотов, назойливо мелькающих на телевизионных экранах.

Но не может “тошнить” от истинного патриотизма человека высоких духовных ценностей, нравственного, мыслящего, умеющего любить, помнить и быть терпимым. Тошнит тех, кто в мелочной суете наглотался политических отбросов, кто не способен на подвиг, самопожертвование, на высокий поступок, такой, какой совершил писатель Захар Прилепин, как ополченцы-добровольцы, казаки, моряки, лётчики, сапёры в Донбассе, Сирии. Жалок удел и духовный мир людей, не знающих высоких порывов души, и то, что их часто тошнит – реакция на то, что растёт и крепнет российский патриотизм, а значит, и Российская держава!

ДМИТРИЙ ЛЕДОВСКОЙ

писатель